Общественно-правовой журнал

Дело о досрочной пенсии

Дата: 03 декабря 2018

Ирина Пугачева, Адвокатская палата Оренбургской области, г. Абдулино.

После окончания средней школы Наталья поступила в медицинское училище, которое находилось в соседнем городе. Годы учебы пролетели незаметно, получила распределение в родной город, в районную больницу. Однако, к великому огорчению девушки, вакансий для нее не нашлось. «Пойдешь на работу в ФАП (фельдшерско-акушерский пункт), ты молодая, способная, будешь лечить людей в селе!», – сказала начальник отдела кадров.

Несмотря на то, что ей была присвоена квалификация «фельдшер», а в направлении от училища также черным по белому написано, что направлена на работу фельдшером, начальник отдела кадров безапелляционно заявила: «Пиши – прошу принять на работу заведующей в Петровский ФАП».

Могла ли тогда, в 20 лет, молодой специалист Наталья знать, что эта запись в дальнейшем станет основанием для отказа ей в назначении досрочной пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности по охране здоровья населения?!

Шесть лет работы в сельском ФАПе не пролетели незаметно. Наталья испытала на себе сполна все тяготы сельской жизни: бездорожье, распутицу, грязь. Исполнять свои обязанности ей приходилось и в дождь, и в зной, и по снежным сугробам. Денно и нощно, не только в часы работы ФАПа, но в любое время суток, от дома к дому, ходила со своим чемоданчиком фельдшер Наталья. Потому что больные не могли ждать до утра или до приезда скорой помощи из райцентра. Вместе с Натальей в ФАПе работала еще санитарка, должность которой относилась к младшему медперсоналу, и в ее обязанности входило разве что: подать, принести, помыть, убрать. Таким образом, вся ответственность за здоровье, а иногда и жизни сельчан была на хрупких девичьих плечах Натальи. Именно поэтому законодатель предоставил ей право досрочного пенсионного обеспечения. В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16 июля 2013 г. № 1143-О, от 17 февраля 2015 г. № 286-О, от 23 апреля 2015 г. № 827-О, право на страховую (трудовую) пенсию по старости ранее достижения общего пенсионного возраста для определенной категории лиц направлено главным образом на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности. Право на досрочное назначение страховой пенсии по старости связывается не с любой работой, а лишь с такой, при выполнении которой организм работника подвергается неблагоприятному воздействию различного рода факторов, обусловленных спецификой и характером профессиональной деятельности, при этом учитываются также и различия в характере труда, функциональных обязанностях лиц, работающих на разных должностях. Выделение в особую категорию лиц, имеющих право на досрочное пенсионное обеспечение по старости, отдельных работников, фактически основанное на учете особенностей выполняемой ими работы, само по себе не может расцениваться как нарушение принципа равенства всех перед законом.

Вскоре Наталья встретила свою судьбу, вышла замуж, а тут появилась свободная должность медсестры в районной больнице. Переехала в город и продолжила трудовую деятельность уже в должности медицинской сестры хирургического отделения районной больницы, где и работает по сей день.

Когда в конце 2017 года, по собственным подсчетам Натальи, льготный стаж для досрочной пенсии по старости, как того требует закон, превысил 30 лет, она обратилась в Пенсионный фонд. Но в назначении пенсии ей было отказано. Ей не включили в льготный стаж период нахождения на курсах повышения квалификации и период работы в должности заведующей ФАПом с 1989 года по 1994 год.

По мнению чиновников Пенсионного фонда, для признания за моей доверительницей права на досрочную пенсию ей не хватало 5 лет.

Можно представить, какой разгневанной и разочарованной одновременно пришла ко мне Наталья: «Как это так? Я ведь работала фельдшером, лечила людей в любое время суток, никому не отказывала в помощи, делала все, что и другие фельдшеры, а теперь мне отказывают в пенсии из-за того, что кто-то неправильно записал мою должность? Но я-то в этом не виновата!»

Я разделяла ее негодование, но никак не могла объяснить, что суду нужны доказательства, а не слова. «А как я докажу, если трудовой книжки недостаточно?!» – сокрушалась Наталья. Я уверила ее, что мы такие доказательства найдем. Немного успокоенная моей уверенностью, Наталья вручила мне свои документы и счастливая выпорхнула из кабинета.

А для меня началась самая интересная часть моей работы, разгадывание очередного кроссворда.

О том, что суд включит в льготный стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации, я не переживала нисколько. Судебная практика здесь положительная, и, несмотря на то, что Пенсионный фонд упорно не включает в стаж данный период, мотивируя это тем, что в этот период работник не занимался лечебной деятельностью, суды включают эти периоды без всяких сомнений. Суду достаточно того, что в эти периоды за работником сохраняется рабочее место и средняя заработная плата, из которой производятся отчисления в Пенсионный фонд. Кроме того, период нахождения на курсах повышения квалификации для медицинских работников (и педагогических, к слову) является обязательным условием для продолжения трудовой деятельности.

А вот над поиском доказательств в обоснование исковых требований доверительницы по периоду работы заведующей ФАП в должности фельдшера нам с моей доверительницей пришлось изрядно попотеть.

Ответчик не включил этот период в стаж по тому основанию, что должность, указанная в трудовой книжке Натальи, не соответствовала должности, которая имеется в Списках работ, профессий и должностей, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. То есть, согласно Спискам должность – «фельдшер», а в трудовой книжке «заведующая ФАП». Нам необходимо было доказать, что: 1) Наталья занималась лечебной деятельностью (поскольку это главное основание для досрочного назначения пенсии в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ); 2) выполняла обязанности фельдшера; 3) должности «заведующий ФАПом» в спорный период не существовало, а имелась должность «фельдшер», которую и занимала моя доверительница, поскольку не могла занимать должность, не предусмотренную штатным расписанием; 4) заведование ФАПом являлось всего лишь дополнительной нагрузкой к выполнению основных обязанностей фельдшера. Как пояснила мне моя доверительница, за заведование ей доплачивали 10 рублей к окладу.

И мы начали искать доказательства. Не буду раскрывать всех секретов поиска, но нам удалось найти то, что было необходимо, и мы представили эти доказательства суду.

Исковые требования моей доверительницы были удовлетворены, спорный период был включен в льготный стаж, а поскольку приходился он до 1 ноября 1999 года, работа в сельской местности подлежала зачету в льготный стаж в льготном исчислении: 1 год работы за 1 год и три месяца. В итоге необходимого для назначения пенсии специального стажа оказалось достаточно. Досрочная пенсия моей доверительнице в связи с лечебной деятельностью по охране здоровья населения была назначена. Ответчик решение суда не обжаловал, и оно вступило в законную силу.

Дела досрочного пенсионного назначения –  очень сложная категория дел. Бывает так, что, отказывая в назначении досрочной пенсии, Пенсионный фонд рассматривает право на пенсию в рамках нескольких законодательных актов. Задача юриста – проверить все варианты, выбрать один, наиболее выгодный для работника, кроме того, оценить, какой легче будет доказать суду. А еще – проверить, правильно ли подсчитан льготный стаж (для этой цели у меня есть специальный калькулятор), и, в который раз, перелопатить все постановления Совета Министров, Кабинета Министров, Правительства, а также множество других законодательных и нормативных актов. Ведь в разные периоды действовало разное законодательство. А как много льготных должностей! Такие порой встречаются, о которых ты и не догадывался (к примеру, в настоящее время в моем производстве находится дело машиниста промывочного прибора).

Все эти сложности при подготовке иска, представлении доказательств, отстаивании интересов доверителя в суде с лихвой компенсируются большим моральным удовлетворением, которое я испытываю от своей работы! Когда человек со слезами на глазах, до конца не осознавая победу в таком непростом споре с госучреждением, говорит тебе спасибо, ты понимаешь, что делаешь нужное дело. И каждый раз, взяв в руки решение Пенсионного фонда по отказу в назначении пенсии очередному доверителю, заранее испытываешь удовлетворение, прокручивая в уме все варианты отмены в суде незаконного и необоснованного решения.

Авторы и герои статьи